Большинство процессов в политике по-прежнему скрыто от посторонних глаз и именно поэтому любое громкое внешнее событие становится неожиданным, хотя имеет под собой давно и тщательно готовящиеся многоходовки. В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Александра Дубровского о том, что многие мировые процессы по-прежнему остаются скрытыми от посторонних глаз. Ровно год назад мной была написана статья об опасности ИГИЛ и его тесной связи с событиями на Украине. Не буду приводить красочных эпитетов, которой она удостоилась, скажу лишь, что официальное вступление в боевые действия российских ВКС – это 100%-ное подтверждение правоты всех, кто ратовал за прямое превентивное вмешательство России в ближневосточный конфликт. Пишу об этом не для того, чтобы себя похвалить, а исключительно, чтобы подчеркнуть главное: расслабляться рано, «гордиев узел мировых проблем, опутавший Землю вязкой паутиной информационной лжи, кажется, совсем не собирается ослаблять хватку…», а значит, главные события еще впереди. За год изменилось многое, но осталось основное: опасности для России не только не уменьшились, но многократно возросли. Начали реально гибнуть мирные российские граждане, а это уже совсем не гипотетическая аналитика. При этом надо понимать: в Сирию тайно, давно и широким потоком идет российское оружие и боеприпасы, благодаря чему (и исключительно поэтому) до сих пор еще существует такое ближневосточное государство. Как бы героически ни воевала правительственная армия, без помощи российского оружия она бы не смогла выжить ни при каких обстоятельствах. Точно так же, как сегодняшние, пока еще скромные, победы сирийской армии целиком и полностью обеспечены успешными действиями ВКС. Однако все остальные мировые процессы во многом как были тайными, так и продолжают оставаться таковыми, всплывая на поверхность уже в качестве свершившегося факта, из чего следует: Россия окончательно и бесповоротно вступила в смертельную схватку за кардинальное изменение мирового порядка. Тот факт, что никакого официального участия в боевых действиях на Украине Россия не принимает, ничего не меняет, потому что очень многие процессы в мире, развиваясь параллельно, имеют тенденцию сходиться в одной точке. И «точка» эта – Россия, как ни скрывай веками существующие планы расчленения и выкачивания природных богатств самой большой страны. Сколько еще надо жертв, чтобы понять: нас никогда не оставят в покое? Мы вступили в большую игру, где всегда правила грубая звериная сила, даже если рядилась в овечьи шкуры и обрамлялась терновыми венками. Замечу: в 90-е годы Россию спасло только наличие ядерного оружия и больше ничего. Это обстоятельство диктовало исключительно осторожные и внешне деликатные меры по предстоящему разделу страны с параллельной дискредитацией армии. К концу 20-го века почти все было готово, но случилось то, что случилось. Демократизаторы не успели и теперь кусают локти, вынужденно переходя к другим стратегиям. Однако не все то золото, что блестит. Большинство процессов по-прежнему скрыто от посторонних глаз и именно поэтому любое громкое внешнее событие становится, как правило, неожиданным, хотя имеет под собой давно и тщательно готовящиеся многоходовки. Например, несмотря на относительное затишье, по-прежнему интересна Украина. Так, еще летом я рассказывал о том, что страну подталкивают к ускоренной самоизоляции, причем не только от России, но и от всего мира. Чтобы понять этот парадокс, надо не так много – увидеть все собственными глазами. В довесок: совсем недавно у нас уже полностью прекратилось двустороннее авиасообщение и до сих пор, несмотря на заявки, никто не заполнил эту нишу. Аэропорты Украины превратились в натуральную безжизненную пустыню. Эти события однозначно ложатся в один ряд с резким прекращением авиасообщения с египетскими аэропортами. Причины и поводы могут быть разными, но по сути, являют собой события одного ряда. Казалось бы, Британия и Россия, первыми прервавшие полеты в Египет, должны были выступить единым союзническим фронтом в деле обеспечения безопасности полетов мирных граждан, тем не менее, тут же следует выступление Кэмерона, в котором Россия вновь объявляется главной угрозой Запада. И снова, как и всегда, правит бал иррациональность: что бы ни произошло, виновата Россия. Впрочем, к этому мы уже привыкли и научились не обращать внимания. Только вот принимать во внимание обязаны. И, в первую очередь, то обстоятельство, что и на Украине, и на Ближнем Востоке в ближайшее время произойдет нечто совершенно экстраординарное, по крайней мере, по отношению к сегодняшнему относительно поступательному развитию событий, имеющих внешне лишь региональный статус. Следовательно, необходимы срочные меры по очистке пространства от гражданских лиц, чем и занялись вечные геополитические противники. Обратите внимание: незаметно, но совершенно естественно, тональность всего мирового информационного пространства сместилась в плоскость воинственной риторики. Нет, никто не закрывал культурные обмены, образовательные реформы и прочие многочисленные гуманитарные контакты и форумы. Просто, перед лицом свершившегося факта начала глобального передела мира, все это отошло на второй план. А теперь давайте посмотрим на другой спектр проблем, связанный с беспрецедентным экономическим давлением на Россию. И вновь не мы начали эту войну, но нам на нее отвечать. Реальные действия по экономическому удушению с помощью санкций и искусственного понижения цен на углеводороды безусловно сыграли свою роль. Практически одномоментное обрезание доступа к внешним кредитным ресурсам и трехкратное снижение валютной выручки в итоге привело к резкому сужению денежной базы и, как следствие, к парализующим экономику неплатежам во всех отраслях, независимо от формы собственности. Решить эту проблему наскоком или денежной эмиссией, к чему призывают многие экономисты, невозможно. Средства однозначно не дойдут до реального сектора, а уйдут в валютные и фондовые спекуляции. ЦБ РФ ускоренно занимается чисткой банков, создавая базу для будущей возможности сквозного контроля любых банковских транзакций, что является необходимым и достаточным условием существования суверенного и самодостаточного денежного обращения. Когда закончится процесс чистки, известно одному лишь Богу, но подстегнуть к приближению финала могут иссякающие федеральные резервы и фонды. На российские экономические проблемы накладываются все более близкое банкротство всего западного мира, медленно, но верно погружающегося в долговую яму. Вопреки расхожему мнению, я не вижу возможности череды массовых западных дефолтов, хотя налицо все признаки таковых. Модель избавления от долгов, в том числе и не подлежащих (по существующим нормам) реструктуризации, обкатывается на наших глазах на российском долге Украины. Если в угоду этому МВФ перепишет свои внутренние правила, клапан будет открыт, тем более, что на Западе чрезвычайно сложная система взаимных долгов, что теоретически предполагает применить добровольно-принудительную систему взаимозачетов для всего мира. В результате, в выигрыше, как всегда, останутся сильные и Запад начнет новый виток своей истории с чистого листа. И останется Россия среди выигравших или проигравших, зависит, в том числе, и в первую очередь, от силы российской армии. Повторяю: миром всегда правила грубая звериная сила. Не понимать и не принимать этих элементарных правил, значит заранее проиграть. Так или иначе, в самое ближайшее время следует готовиться к очень масштабным событиям по всем направлениям, от перекройки государственных границ, до возрождения новых/старых империй. Источник: Блог Александра Дубровского
Теги: Ближний Восток, Сирия, Россия, политика, Запад
Закладки:
from Взгляд
Во вторник состоялись очередные предвыборные дебаты кандидатов в президенты США от Республиканской партии. До президентских выборов остался ровно год, и предсказывать сейчас фамилию преемника Обамы бесполезно. Хотя идущая уже почти полгода активная часть предвыборной кампании выявила главную долгосрочную тенденцию в американской политике – запрос не просто на обновление политического истеблишмента, но и на слом вашингтонской партийной машины. Выборы 2016 года станут серьезным испытанием для обеих партий – и республиканцы, и демократы приближаются к ним в атмосфере падения доверия избирателей к самим принципам функционирования партийной системы. Конечно, в Штатах институт президентства является лишь одной частью власти как таковой – огромное значение Конгресса и большие полномочия штатов делают президентскую власть достаточно ограниченной, в первую очередь, конечно, в сфере внутренней политики. Реальная власть концентрируется в узком круге элиты – финансовой и политической, переплетающихся десятками различных способов, отчасти наследственной и во многом закулисной. Обе партии используются как машины для работы с перспективными кадрами и мобилизации активистов и электората и обеспечения ярких выборных шоу, главным из которых, конечно же, является президентская кампания. При этом противоречия между демократами и республиканцами, естественно, есть – вокруг большего или меньшего влияния Вашингтона, то есть федеральной власти, на экономику и жизнь штатов в целом, вокруг соотношения консервативных ценностей и либеральных свобод, но в отношении к глобальному лидерству США элиты обеих партий едины. Да, есть нюансы. Обама, например, был настроен на уменьшение нагрузки, которую несут США как мировой гегемон, на перекладывание части стоимости глобализации на региональных союзников. Чтобы за «мир по-американски» платили другие – и в целом у него это не получилось. Оппозиционные республиканцы почем свет клянут Обаму за падение влияния США в мире, но нет сомнений в том, что и в случае избрания «демократической» Хиллари Клинтон внешнеполитическая стратегия США станет более агрессивной. Но хотя в нынешней предвыборной кампании внешнеполитическая повестка занимает более заметное место, чем обычно, кандидатов продают избирателям исключительно под внутриполитическим соусом. Во-первых, потому, что именно экономика и социальные вопросы являются понятными всем американцам, а во-вторых, потому, что избирателей внешняя политика в принципе мало беспокоит и не интересует. Широкие массы знают о мире очень мало, а тот узкий слой, который управляет страной и занимается глобальной политикой, вовсе не заинтересован в том, чтобы выводить людей из их невежества и объяснять им сложность мироустройства. Зачем? Наоборот, мир прост и понятен, в нем есть универсальные ценности, лидером в отстаивании которых и является Америка. А если нужно будет убедить американское общество в необходимости отправить солдат на новую войну, то достаточно будет напомнить о «граде на холме» и «ответственности за мир», а спустя несколько лет новый президент из другой партии признает прошлую войну ошибкой. До того момента, пока сбой глобализации не станет напрямую бить по уровню жизни в самих Штатах, отказ от интервенционизма и тем более от идеи «избранной нации» не будет стоять на повестке дня президентских выборов. Это повестка следующих выборов, но уже на этих звучат первые сигналы о приближении нового времени. Во-первых, в обеих партиях появились кандидаты, отстаивающие неинтервенционистский подход, причем если у демократов это социалист Берни Сандерс, уступающий несомненному фавориту Клинтон, то у республиканцев это не только Рэнд Пол, но и Дональд Трамп, лидер гонки. Во-вторых, партийным машинам – то есть элитам – стало гораздо труднее контролировать ход кампании. И если выдвижение и успехи беспартийного сенатора Сандерса еще можно списать на то, что нет никакого риска в том, чтобы позволить несистемному кандидату участвовать во внутрипартийной борьбе, учитывая, что он обречен на проигрыш Клинтон, то с Трампом ситуация другая (да и Сандерс, кстати, еще потреплет нервы бывшей первой леди – на праймериз он вполне может собрать больше нынешних 25–30 процентов голосов). Трамп появился, как черт из табакерки, и сломал казавшийся логичным сценарий выборов. Согласно которому выборы 2016 года должны были стать битвой между Клинтонами и Бушами, то есть элита уже готова была отбросить игры в «каждый может стать президентом» и сделать династический характер тайной власти достоянием публичной политики. Древний Рим – идеал для отцов – основателей США – перерождался из республики в империю. Но Буш-третий оказался не бойцом, бывший губернатор Флориды сейчас плетется на четвертом-пятом месте и практически лишился шансов выиграть номинацию. Его списание – вопрос времени, хотя понятно, что до февраля-марта, когда состоятся первые праймериз, с дистанции он не сойдет. Но за право выйти против Клинтон будут биться другие кандидаты. Причем республиканскому истеблишменту сейчас приходится принимать решение о том, кем заменить неизбираемого Буша, при этом выбор невелик. Изначально было несколько вполне системных кандидатов, представлявших разные спектры в партии, в том числе и влиятельное движение консервативных «чайников», все последние годы напирающее на «вашингтонскую партийную машину» и, в принципе, устраивавших истеблишмент – Джеб Буш, сенатор Марко Рубио, губернатор Висконсина Скот Уокер, сенатор Тэд Круз. Самым «социально неблизким» был сенатор Рэнд Пол, сын знаменитого борца с ФРС экс-конгрессмена Рона Пола, но и он частично эволюционировал в своих публичных высказываниях в сторону системы. Но вместо всего этого разнообразия сейчас на вершине рейтингов царят Дональд Трамп и Бен Карсон – миллиардер-девелопер-телезвезда и хирург-консерватор. Оба не политики и никогда не занимали никаких выборных должностей или постов в исполнительной власти, что для американской политической системы нонсенс. И свидетельствует о кризисе доверия к политической и партийной системе. К тому же в пятерке лидеров у республиканцев еще и бизнес-вумен Карли Фиорина, также не имеющая политического опыта. Учитывая, что Карсон темнокожий, само его выдвижение в кандидаты в президенты представляется абсолютно невероятным – второй небелый президент подряд невозможен. Фиорина не имеет шансов ни выиграть республиканскую номинацию, ни тем более победить Клинтон. А вот Трамп стал сенсацией этой кампании. С июля, когда закончилось выдвижение кандидатов, он занимает первую строчку в соцопросах среди республиканских избирателей. Только две недели назад он чуть уступил Карсону – 22 процента против 26 – но это, скорее, похоже на временный сбой. Карсона только начали «мочить», а на Трампа за десятилетия его хождения в общенациональных звездах вылили уже все что можно, и его практически невозможно ничем скомпрометировать. Отрыв Трампа и Карсона от остальных очень большой: у Рубио, Буша и Фиорины по 7–8 процентов. И если первые пару месяцев лидерства Трампа пресса и «серьезные аналитики» его высмеивали, то сейчас уже все относятся к нему более чем серьезно. И в первую очередь республиканский истеблишмент – появляется все больше косвенных свидетельств того, что «вашингтонская машина» готова смириться с мыслью, что Трамп станет кандидатом в президенты. Конечно, само выдвижение состоится только летом, но если Трампу удастся удержать лидерство, то уже в марте-апреле, после первой волны праймериз, станет окончательно ясно, что он фаворит. До этого времени «машина», естественно, будет пытаться вытащить наверх сенаторов Рубио и Круза, играть на Фиорину и Карсона, то есть сделать все, чтобы опустить Трампа. Но если весна покажет, что ни Рубио, ни Круз не смогут быть избраны на съезде партии, то придется договариваться с Трампом. Это не очень хороший вариант для республиканских боссов – но что делать? Трамп не устраивает их не столько своими взглядами – они, в конце концов, вполне корректируемы – сколько своей несистемностью. Трамп очень богатый человек, но сами по себе деньги вовсе не означают принадлежность к американской элите и реальной власти. Трамп – выскочка, амбициозен, финансово и кадрово независим от партийно-политической машины, от элитных клубов, индивидуалист, не склонен к коллективной работе, то есть неуправляем. У республиканцев уже был такой возомнивший о себе лишнего президент – Ричард Никсон, который хотя и был продуктом «вашингтонской машины», но, придя в Белый дом, стал «слишком много брать на себя». Чтобы убрать его, пришлось подвести дело к импичменту. С Трампом будет сложно договориться, но риск отпускать его в свободное плавание слишком велик. Если Трампа грубо лишат номинации, то он может пойти на выборы в качестве независимого кандидата и сломать всю игру, причем не только республиканцам, а вообще всей системе: при нынешних антиэлитных настроениях он может даже выиграть выборы. Кроме того, в ситуации с Трампом республиканцы вынуждены учитывать и крайне непростую ситуацию внутри партии – наступление консервативных «чайников» продолжается, и при всех попытках вписать его отдельных представителей в существующую систему само движение изначально было вызвано требованием принципиального обновления, как кадрового, так и идеологического, всей партии. То есть с одной стороны по «партийной машине» бьет Трамп, а с другой – «чайники». Выдвигая в 2016-м Трампа и даже побеждая, республиканцы сразу же переходят к проблеме выборов 2020 года – все-таки Трампу тогда будет уже 74 и второй срок для него маловероятен. Демократы с Клинтон, которая младше Трампа всего на год, стоят перед той же проблемой – кто будет кандидатом в 2020-м. Так что важнейшим вопросом на нынешних выборах для обеих партий становится забота о будущем: если выборы 2016 года станут голосованием за «президента одного срока», что произойдет в случае дуэли Клинтон–Трамп, то серьезнейшая борьба сейчас пойдет за пост вице-президента. Ведь именно у этого человека будут наилучшие стартовые позиции в борьбе за то, чтобы стать хозяином Белого дома практически на все двадцатые годы.
Сообщения
